Українська правда
Історична правда

"Русскій МірЪ" у Феодосії: заборона слова про Голодомор

Василь Марочко _ Середа, 28 січня 2015, 18:31
Версія для друку
Василь Марочко
Доктор історичних наук, голова ради Асоціації дослідників Голодоморів

"Історична Правда" публікує скорочену версію репліки професора Василя Марочка у відповідь на оголошення в Росії його книжки екстремістською та судового переслідування на цій підставі директора Центральної бібліотечної системи Феодосії в окуповному Криму. З повним текстом можна ознайомитися на сайті Інституту історії України НАНУ. 

Российская судебная система продолжает удивлять необычайной приверженностью замечательной традиции, воспетой в известном фильме Э. Рязанова "С легким паром": каждый раз в декабре запрещать книги и осуждать их авторов, которые посмели высказаться о преступлениях сталинизма.

Весь мир осудил политические репрессии Сталина и его клики, а на Родине сталинизма, хочу ошибиться, его почитают.

Однако, о традиции. 1 декабря 2011 г. Мещанский районный суд г. Москвы запретил к распространению на территории Российской Федерации (РФ) мои книги о Голодоморе, признав их экстремистскими.

Их изъяли во время обыска фондов Украинской библиотеки в Москве. Список запрещенной литературы довольно внушительный. В нём также оказались и работы о репрессивной деятельности ГПУ.

 

А в декабре 2014 г. Феодосийский городской суд признал директора Феодосийской центральной библиотечной системы виновной в хранении моей брошюры о Голодоморе, подвергнув административному взысканию – штрафу 2000 руб.

Удивительная последовательность и весьма печальная закономерность в действиях современной Фемиды России: запрещать книг о преступлениях против человечности. А Голодомор 1932–1933 гг. является таковым, несмотря на всяческие попытки о его запрещении.

Память о Голодоморе жила в сердцах, душах и сознании украинского и русского народов, воскресла после развала СССР, возымела в Украине мемориальный статус и юридическое признание. Её невозможно запретить. Невозможно!

Геноцид путем Голодомора был совершен против украинского народа, то есть против граждан Украинской Социалистической Советской Республики, а поэтому и против русских, которые являлись тогда гражданами Украины и СССР. Таковыми были конституционные и нормативно-правовые особенности советского гражданства в 1930-е годы.

От искусственного голода гибли беспаспортные украинские и русскоязычные крестьяне 9-ти национальных российских районов УССР, не говоря уже о территории РСФСР.

В этих национальных районах УССР накануне Голодомора находилось более 86 тыс. крестьянских хозяйств, в каждом не менее 3–4 человек. Дело даже не в количестве. Ведь каждая человеческая жизнь – это уникальный мир, будь он русский или иной. А его разрушили и уничтожили мучительной пыткой голода. Неужели это непонятно?!

Из 9-ти российских районов четыре находились в Харьковской, три – в Донецкой, остальные в Черниговской и Днепропетровской областях. На территории Донецкой области крестьяне составляли в 1932 г. половину населения, а в 1933 г. голод охватил 21 из 23 районов этой многострадальной области. Это не измышления, об этом свидетельствуют архивные источники – документы ГПУ.

Они зафиксировали массовые депортации и гибель от голода целых деревень старообрядцев – уникальной социально-культурной и религиозно-бытовой общности на территории Донецкой области.

Это был духовный Русский Мир, а его разрушили сталинские сатрапы. Об этом факте я не раз писал и говорил на телевидении, подчеркивал на конференциях в Москве.

Не случайно в Законе Верховной Рады Украины "О Голодоморе 1932 – 1933 гг." от 28 ноября 2006 г., признавшей Голодомор геноцидом, упомянуто определение "геноцид украинского народа", то есть граждан Украинской ССР: украинцев, русских, поляков, немцев и других национально-этнических групп.

Точно также граждане РСФСР 1930-х гг. (русские, украинцы, немцы Поволжья, поляки) являлись частью российского народа, то есть гражданами республики и одновременно СССР. Их истребили Голодомором, особенно на Кубани, но они до сих пор остаются безмолвными жертвами, а преступный режим, совершивший геноцид на территории РСФСР в 1933 г., не получил должной политически-правовой оценки со стороны Государственной Думы РФ. Почему?

Я неустанно повторял об этом на наших встречах с российскими историками в Москве и Киеве. Но, увы, напрасно.

В ноябре 2013 г. на конференции в Киеве по истории сталинизма меня спросили казахские историки: "Почему Украина так активно изучает Голодомор и болезненно реагирует на его малейшее отрицание?"

Нет необходимости убеждать в том, что Украина наиболее пострадала от Голодомора, как, собственно, и казахи, если учесть демографические потери населения. Достаточно посмотреть материалы Всесоюзной переписи населения 1937 г., особенно докладные записки И.Курмана – одного из руководителей ЦУНХУ (статуправление Госплана СССР).

Не отрицают этого факта и российские историки – В.Цаплин, В.Данилов, В.Кондрашин, Е.Осокина, В.Жиромская. Нельзя скрыть правду о Голодоморе, полвека ее отрицали в СССР, а она вопреки запрету – восторжествовала.

Однако, вернемся к новогодней традиции российской Фемиды, которая "легким паром" ошпарила очередную невинную жертву – директора Феодосийской библиотеки.

Ее обвинили по ст.20.29 КоАП (массовое хранение с целью распространения экстремистских материалов) и присудили штраф. В 1932 – 1933 гг. крестьян также подвергали штрафу, но за уклонение от хлебозаготовок и хранение посевного материала. Они прятали собственный хлеб, чтобы выжить, а библиотекаря судили за хранение 12 экземпляров моей книги – чужой для библиотекаря.

Кстати, судьи выделили лишь издательскую серию "Геноцид українців. Серія: Голодомори 1932 – 1933. Голодомор". Авторское название брошюры – "Голодомор 1932 – 1933 рр. – К., 2007. В этой серии появилось еще несколько моих брошюр ("Творці Голодомору 1932 – 1933 рр.". – К., 2008; "Територія Голодомору 1932 – 1933 рр.". – К., 2014), в которых нет ни малейшего призыва к разжиганию "национальной ненависти".

Проницательная российская Фемида обнаружила в моей брошюре "унизительные характеристики, отрицательные оценки в отношении национальной группы и её отдельных лиц", а также "призывы к разжиганию национальной ненависти".

Вот уже более четверти века я изучаю причины и последствия Голодомора, публикуя статьи о голоде в немецких, еврейских, польских, российских национальных районах.

Но замечательный и "самый справедливый суд в мире" не стал обращать на это внимание, а напрасно. В 1930-е годы книги запрещали целыми списками: просто репрессировали книги, иногда сжигали. Похоже, эта практика возвращается (хотелось бы ошибаться).

С другой стороны, когда в Харькове представители "Русского Мира" сжигали весной 2014 г. книги о Голодоморе, были люди, которые выхватывали их из костра и уносили домой.  Подобные действия внушают мне надежду: люди сходят с ума, но каждый в одиночку. Коллективное безумие порождает всеобщее зло. Но его можно избежать, взывая к совести, вере, сочувствию. 

Харків, 16 березня 2014 року. Проросійські сепаратисти палять книжки  з бібліотеки "Просвіти". Фото "Главное"  

Меня обвинили в чрезмерности "эмоциональной оценки" фактов о Голодоморе. А какие эмоции могут вызывать документы о каннибалах, когда мать употребляла мясо собственных детей?! Её довели до состояния звериного психоза партийно-советские чиновники разного уровня, лишая хлеба, продуктов питания.

Меня обвиняют в разжигании "национальной ненависти", обратив внимание на эмоции автора и языковые обороты. У меня нет чувства национальной ненависти к уголовным преступникам – И.Сталину, В.Молотову, Л.Кагановичу, С.Косиору, которых Апелляционный суд г. Киева признал виновными в осуществлении политики геноцида на территории УСРР в 1932–1933 гг.

Но у меня нет к ним элементарного человеческого уважения, поскольку каждый из них обрек на страдания и смерть собственных жен, родных братьев, а главное сотни тысяч невинных граждан.

Какая может быть "национальная ненависть" к этим лицам, у которых отсутствовало национальное достоинство, а вместо него функционировали идеологические убеждения, инстинкты шкурного самосохранения?!

Не ищите в моих книгах призыва к национальной ненависти, его нет и быть не может. Её не существовало, когда совместно с российскими историками изучал причины и последствия Голодомора в СССР (программа Российского гуманитарного научного фонда), а также с украинскими исследователями Холокоста находил сходство и отличие в геноциде наших народов.

Я не могу молчать, когда в ХХI в. сжигают книги о Голодоморе на кострах, воспринимая это как чудовищный Холокост в действии.

Нацисты в Германии поначалу жгли книги, а затем сжигали людей.

 Берлін, 10 травня 1933 року. Студенти-нацисти палять книжки на площі перед Університетом Гумбольдта

Книги сжигают в оккупированных Крыму и Донбассе, а на полях сражений заживо горят "братья славяне" –  вот вам последствия реанимации сталинизма, отрицания Голодомора, ревизии прошлого.

Я понимаю, что РФ, как приемник СССР, оказалась под давлением тяжелого наследия – печального исторического прошлого (сталинских преступлений, политического террора, ГУЛАГа). Героические свершения (победа над фашистской Германией) приятнее воспринимать, а еще открытие Космоса и другие достижения советской страны, которые были, что бы сегодня ни говорили критики.

А вот относительно юридической оценки Голодомора – сложнее. Признав его геноцидом, РФ как-бы бросает тень на общесоюзное прошлое – это печальное заблуждение. Я всегда говорил и буду утверждать впредь: РСФСР образца 1932–1933 гг. никакого отношения к Голодомору в Украине не имеет, потому что сама оказалась его жертвой.

Что мешает Государственной Думе РФ признать факт голодомора-геноцида, чтобы избежать взаимных обвинений, а главное окончательно избавиться от тяжелого прошлого?

Об этом я не раз говорил в Москве, выступая на конференциях, в аудиториях, на телевидении и в интервью российским СМИ. А в ответ – "тишина", подобная той, которая сегодня воцарилась на Донбассе.

Больно и печально смотреть за шествием "Русского мира". Ведь под грудами бетона Донецкого аэропорта и жилых кварталов Мариуполя мы хороним не только русскоязычных граждан, но и добрососедские отношения между народами. Как исцелить их память, преодолеть озлобление и даже взаимную ненависть? Вот вопрос! Никакой суд не решит его, кроме Суда Времени.

Нагадуємо, що в грудні 2014 року Феодосійський міський суд засудив директора міської Центральної бібліотечної системи за ст. 20.20 Кодексу про адміністративні правопорушення РФ ("масове зберігання з метою розповсюдження екстремістських матеріалів") до штрафу  у дві тисячі рублів через те, що у двох бібліотеках міста було знайдено 12 примірників книги Василя Марочка "Голодомор 1932 – 1933 рр. Серiя: Голодомори" (Київ, 2007).

Рішенням Мєщанського районного суду Москви від 1 грудня 2011 р. цю книгу занесено в Росії до Федерального списку екстремістських матеріалів.

Дивіться також:

Нестор-літописець Голодомору

Як Голодомор змінив життя українців

Павуки, очерет і лелеки. Що їли під час Голодомору

Доброчинці. Ці люди допомогли іншим урятуватися від голоду

Історія журналіста, який уперше розповів про Голодомор

"Чорні дошки" - економічний спосіб знищення українців. СПИСОК

Голод в СРСР. Уривок із книги Тимоті Снайдера "Криваві землі"

Преса УРСР 1932-33 років: "Нові ресторани у Харкові!". ФОТО

Голодомор був геноцидом. Так вважав автор терміну "геноцид"

Сталін як Путін. Голодомор – реакція на мільйонний селянський "Майдан" початку 1930-х

В Росії книги про Голодомор прирівнюються до тероризму. СПИСОК

Читачі ІП розповідають, як їхні родини вижили в голод



Теми: Голодомор, ХХ сторіччя, історична пам'ять, Україна, Росія, Крим

АВТОРИЗАЦІЯ
Для авторизації використовуйте ті самі ім'я і пароль, що і для коментування публікацій на "Українській правді".


УВІЙТИВІДМІНИТИ
Якщо ви новий читач, будь ласка, зареєструйтесь
Забули пароль?
Ви можете увійти під своїм акаунтом у соціальних мережах:
Facebook   Twitter