Спецпроект

Репресований "Спартак". Як Берія московському "Динамо" допомагав

Протистояння на футбольному майданчику і поза ним. Сталінський улюбленець проти улюбленців мас. Троє з чотирьох братів Старостіних "піднімали" радянський спорт у таборах (рос.).

Интерес к футболу и шанс быть репрессированным имели в сталинское время как минимум одну общую черту - и то, и другое было поистине массовым явлением.

В остальном две эти стороны жизни (а для советского общества в конце 30-х годов справедливо было бы сказать "два явления повседневной жизни") представляются почти полностью противоположными друг другу.

В обществе, где как в автобусе в час пик "половина сидит - половина трясётся", футбол был одной из немногих вещей, позволявших людям забыть свой страх и хотя бы на время футбольного матча быть самими собой.

Когда в день памяти жертв политических репрессий у Соловецкого камня в Москве люди читают имена расстрелянных горожан 1937-1938 гг., называя имя, возраст и род занятий, вы не услышите там ни об одном футболисте.

Троє з чотирьох легендарних "спартаківців" братів Старостіних  пізнали, що таке ГУЛАГ

"Профессионального" футбола, как и "массовых репрессий", в 30-е годы официально не существовало - футболисты были "любителями", а репрессированные люди - "врагами народа".

Перед репрессиями в их чистом виде, репрессиями как безличным механизмом бессилен любой человек, независимо от рода его занятий и общественной значимости. Исключение составляют те редчайшие случаи, когда человеческие эмоции вторгались и в эту область жизни - так, известные футболисты внутри лагерей переводились на работу в лазарет, в места, где было больше шансов выжить.

"Футбол спас мне жизнь. Жизнь, которую я отдал футболу", - писал об этом Николай Старостин.

Парадоксальным образом для их спортивных пристрастий не было границ по "эту" или по "ту" сторону лагеря или тюрьмы.

"Спартак" – 1937: (стоять) Микола Старостін, ..., Олександр Старостін, Рижов, Акімов, Андрій Старостін, Семенов, Федотов, Шиловський, Соколов, Степанов, (сидять) Артем'єв, Теренков, Петро Старостін, Малінін, Глазков

Вероятно, самой известной советской историей подобного рода стало заочное и прямое соперничество Николая Старостина и Лаврентия Берии - двух "людей футбола", олицетворявших собой в конце 30-х годов два ведущих спортивных общества страны - "Спартак" и "Динамо".

"Тот самый Старостин, который убежал от меня в Тифлисе"

В юности Лаврентий Берия профессионально играл в футбол. Точнее сказать, он профессионально играл в футбол в стране, где не было никакого футбола, кроме любительского.

Слова самого Берии об этом Николай Старостин приводит в своей книге "Футбол сквозь годы", когда Берия зимой на Патриарших прудах, обменявшись парой фраз со Старостиным, представил его своему окружению так: "Это тот самый Старостин, который однажды убежал от меня в Тифлисе".

 Команда українських чекістів проти грузинських. Цікаво, на чиєму боці були симпатії куратора московського "Динамо"

В одном из межгородских матчей начала 20-х правый нападающий Старостин играл против левого полузащитника Берии, и довольно успешно убегал от него весь матч, забив во 2-м тайме один из голов своей команды.

Других воспоминаний о Берии-футболисте у нас нет (известен только анекдот Мартына Мержанова, впоследствии известного журналиста, о том, как он удалил с поля Берию в 1-м тайме, но вернул его на 2-й, выяснив в перерыве, КАКОГО футболиста он удалил).

 

В книге Серго Берии о футбольной карьере отца говорится как о "слухе" и "преувеличении".

Патриарх динамовского футбола Михаил Якушин, в качестве тренера работавший в Тбилиси несколько десятилетий спустя, никогда не упоминал о Берии-игроке.

Зачем Старостину, вообще-то склонному к драматическим эффектам и выстраивающему свою мемуарную книгу по канонам художественной литературы, объявлять Берию игроком?

Может быть, как раз для того, чтобы придать их заочному соперничеству у руля своих команд ещё одно, реальное измерение. А может быть, и для того, чтобы ещё раз оговориться: "Это был тот редкий случай, когда он, как все, подчинялся правилам", - нечто подобное имел ввиду один из героев коэновского "Большого Лебовски", чётко разграничивший область спорта и политики: "Это боулинг, а не Вьетнам - здесь есть правила".

Два "дубля" и Большой Террор

Старостин-повествователь в своей книге аккуратно ведёт линию своего соперничества с Берией, отождествляя главу НКВД с его ведомственной командой - "Динамо".

 

1936 год: постановочный матч двух "Спартаков" на Красной Площади во время физкультурного парада - большая номенклатурная победа главы комсомола Александра Косарева, главного покровителя "Спартака", которого расстреляют в 1939 году.

1937 год: матчи с басками. Знаменитое турне республиканской сборной Басконии, многократно описанное его участниками и зрителями. Два поражения московского "Динамо" (1:2 и 4:7) и победа "Спартака" - 6:2. Среди репрессированных - судья динамовского матча Владимир Стрепихеев.

1939 год: делая первый из двух победных дублей подряд (1938-1939 гг.), "Спартак" в полуфинале Кубка СССР обыгрывает тбилисское "Динамо" и берёт кубок после победы над ленинградским "Сталинцем" 3:1.

Однако спустя некоторое время вынужденно, по прямому указанию "сверху" переигрывает полуфинал с тбилисцами (единственный мяч в первой встрече, видимо, чем-то напоминал гол Херста немцам в 1966-м - никто в точности не мог сказать, пересёк мяч линию ворот или нет).

Именно этот, второй матч, превратился в некий символ противостояния футбольной и околофутбольной реальности: о нём писали вратарь "Спартака" тех лет Анатолий Акимов, Андрей и Николай Старостины.

 Футбольнийжурналіст Лев Філатов

Журналист Лев Филатов, присутствовавший на игре, вспоминал: "Для нас решалась не судьба Кубка и "Спартака", решалась судьба футбола в нашем обиходе. Останемся ли мы с ним, как на острове справедливости, или махнём рукой, поставим крест на этой блажи. Не знаю, как бы мы себя повели, если бы у "Спартака" отняли победу. К счастью, он выиграл тот матч" ("Футбол", № 9 за 1992 год).

Тема футбольных правил и общественного бесправия тех лет подспудно присутствует почти у всех, кто писал о футболе тех лет, не только у футболистов, но и у писателей - Юрия Олеши, Льва Кассиля.

Заставляя переигрывать полуфинал после финала, Берия вторгается в ту едва ли не последнюю область общественной жизни, в которой действуют ещё хоть какие-то нерушимые законы.

В историческом анекдоте тех лет Берия звонит в редакцию одной спортивной газеты и требует напечатать в графе "результаты ничью своей любимой команды, несмотря на то, что в реальности она проиграла. Охваченный ужасом журналист вообще исключает результат матча из линейки в том номере, а уже в следующем, успокоившись, печатает настоящий.

"Футбол - средство выживания"

Братья Николай, Александр, Андрей и Пётр Старостины были репрессированы в 1942-м. История их выживания описывается в их книгах. "Футбол сквозь годы" был издан уже в перестройку, а потому в нём Николай пишет гораздо более подробно и высказывается значительно определённее.

 

Великолепная книга Андрея Старостина "Большой футбол" и в более ранних, и в более поздних изданиях снабжена пространными пассажами, заточенными специально под цензуру, вроде такого:

"По ложному обвинению, сфабрикованному врагами советского народа, мы были арестованы, а затем сосланы в разные далёкие места нашей страны. <...> Мудрая и решительная политика нашей партии <...> сделала невозможным повторение подобного".

Все Старостины, за исключением Петра,находясь в лагерях ГУЛАГа, так или иначе оказываются связанными с местными футбольными командами. В лагерях, "ставших формой человеческого существования, <...> футбол превратился в средство выживания".

Среди миллионов репрессированных в советское время были политические деятели, артисты, учёные - но именно принадлежность к спорту, к футболу спасала таких людей, как Старостин, от смерти.

 Зверніть увагу, після того як всесильного Берію "викрили" і розстріляли, його ім'я потрапило під заборону. Ось і власник цієї програмки перестрахувався...

Этим Николай Старостин объясняет тот факт, что они с братьями пережили годы лагерей и ссылок - "футбол был лучшей охранной грамотой", популярность спортивного общества "Спартак" и игры в целом помогали Старостиным выжить.

В своих книгах братья пишут, как Николай Старостин успешно тренировал лагерные команды в Ухте и Комсомольске-на-Амуре, Андрей Старостин работал в Норильске.

Лагерное устройство советской жизни позволило двум капитанам футбольной сборной СССР разных лет "поспособствовать" развитию футбола в отдаленных регионах нашей страны...

Футбол Старостина и футбол Берии

Николай Старостин и Лаврентий Берия олицетворяют два различных полюса футбольной и общественной жизни тех лет. Каждый из них судил футбол по собственным правилам.

Для Старостина несоответствие советских футбольных реалий тех лет действительному положению дел (лицемерие, окружавшее систему оплачиваемых любителей - де-факто профессионалов) было лишь препятствием для развития его любимой игры - так, в частности, были придуманы "стипендии" позволявшие оформлять игрокам достойные премиальные, косвенно не нарушая их "любительского" статуса (что стало одним из обвинений, выдвигавшихся против Старостина до его ареста).

"Вы платите за его грехи": фанати пітерського "Зеніту" передають вітання вболівальникам московського "Динамо"

Для Берии всегда существовал другой способ - в воспоминаниях динамовцев он остался человеком, предлагавшим главному тренеру "поставить в обороне роту автоматчиков", которая встретит атакующую команду соперника, "но может попасть и по своим".

Николай Старостин вместе с братьями пережил репрессии и прожил долгую футбольную жизнь. Лаврентий Берия был расстрелян в 1953 году.

Джерело: "Уроки истории"

Буркусь: хто сторожив спокій дому Франка?

Це був не безпородний дворовий собака (хоча і в тім нічого лихого нема, навпаки, не виключено, що й таких тримали Франки, бо принаймні в певний час пес був у них не один, а справжній гуцульський вівчур, полонинський собака, чи, як іще називають, карпатська вівчарка

У секторі «проблем ідеологічної боротьби»: історики та «перебудова»

Нині це Інститут історії України, а тоді слова "Україна" в назві інституту не було. Навіть у цьому в СРСР вбачали небезпеку. Всі спілкувалися російською, лише в одному відділі, де вивчали козаччину, українською. А аспірант Діма Табачник (який потім двічі у Януковича був міністром), ідучи до курилки повз цей відділ, казав: "Цвірінькають там цією українською"

Бабин Яр: гібридні контексти Сергія Лозниці

Мабуть, головною зіркою антиукраїнського шабашу, влаштованого цього року Меморіальним центром Голокосту «Бабин Яр» на багатостраждальних кістках його жертв, став кінорежисер Сергій Лозниця зі своїм фільмом «Бабин Яр. Контекст».

Валєр Бондар. Харківський літмузей. Середовище дев'яностих

Валєр Бондарь – «гуру і навчитель» Сергія Жадана, митець, який об'єднував творчу еліту не тільки в Харкові. Саме у майстерні Бондаря в ЛітМузеї виникло українське середовище неформалів ранніх 1990-х. Його рукою з кінця вісімдесятих – початку дев’яностих карбувалась в харківському просторі графіка перших кроків боротьби за самостійну, стильну і самодостатню Україну. І у дев’яності довкола Бондаря в Харківському ЛітМузеї сформувалося вільне від радянських кліше і провінційних комплексів мистецьке середовище