Спецпроект

Думки про "народ-дисидент" і розчарованих патріотів

Кримські татари не зобов'язані боротися за всю країну самі, поки інші "триматимуть кулаки" перед монітором. Вони не мають боргів перед Україною. У наших предків був неозорий материк, у найгіршому - Січ. А у кримчан був тільки Острів. З якого нікуди тікати. (рос)

Ленур Ислямов [російський підприємець, власник кримського телеканалу ATR, продюсер фільму "Хайтарма" - ІП] произнес на Курултае знаменательную фразу: "Весь народ не может быть диссидентом..."

В эти дни по поводу Крыма и его народов произносится немало разных фраз. Большинство - вхолостую. Но вот данная фраза выбилась на общем фоне. И прозвучала очень "по-крымски".

Меня никто (в том числе, и сам Л. И.) не просил высказывать свое мнение по поводу этой фразы. Я бы и не высказывал - зачем? ведь вопрос сотрудничества с новой российской властью - это предмет внутренних дискуссий в Меджлисе и Курултае, членом которых я не являюсь и являться не могу.

Но взяться за текст меня побудила острая реакция на слова Л. Ислямова со стороны некоторых моих украинских товарищей с материка.

Это хорошие люди. И по многим пунктам я согласен с ними в оценке украинских событий. Однако когда в их рядах раздаются голоса: "любое сотрудничество крымских татар с кремлевским режимом - это очередной колллаборационизм!", с этим я согласиться не могу.

Такой подход выглядит для меня как глубокая неосведомленность в целях и интересах коренного народа Крыма.

Занимаясь в былые годы политикой, я не раз сталкивался с подобной неосведомленностью даже в тех кругах, что считали себя союзниками крымскотатарского движения. Эти люди сочувствовали крымцам, но к теме национальной автономии, как правило, относились недоверчиво: "так, це союзники, але ж автономія потрібна їм лише для того, аби перекинутися разом із Кримом до Туреччини!".

Судьба сложилась так, что, кроме украинских, я стал вхож и в крымскотатарские политические круги. Оттуда я вынес твердую убежденность, что ни до какой Туреччины крымские татары перекидываться не собираются, и что у них совершенно другой интерес.

Однако украинские патриоты моим выводам не верили - и не только моим, но и выводам гораздо более авторитетных политических деятелей. Крымцам сочувствовали, но не слишком им доверяли. Потому что о них просто мало знали. Да, честно говоря, и не слишком стремились.

Помня об этом, я с долей скепсиса отнесся к недавней постмайдановской "влюбленности" украинцев в своих крымскотатарских соотечественников.

Это выглядело здорово, но несколько странно: ведь позиция крымскотатарского сообщества после "майдана" ничуть не изменилась, оно выдвигает всё те же требования, что и всегда, что и 20 лет назад.

Что изменилось? Лишь то, что прежде эта позиция вызывала в Украине недоверчивую настороженность, а теперь (после того, как стало поздно) - восторженнную поддержку.

Мне показалось, что Украина, восхищаясь крымскимим татарами, так до сих пор и не поняла их нужд и интересов. Это впечатление подтвердилось, когда в ответ на осторожные и политически взвешенные резолюции Курултая с материка стали звучать слова "коллаборационизм", "слив" и "предательство", с быстрым разочарованием во всех "кримчаках".

Если украинцы действительно так быстро разочаровались в крымских татарах - значит, и впрямь никогда не понимали их.

Солома быстро загорается и быстро гаснет. Если строить симпатии к народу только на основании преобладающих в нем политических позиций и его "пользы" для общего дела - эти симпатии никогда не будут прочными и стойкими.

Крымские татары хороши вовсе не тем, что в большинстве поддерживают конституционную целостность Украины. Они хороши прежде всего, тем, что они - адекватные и миролюбивые люди, которые дружно живут и плодотворно сотрудничают со всеми остальными согражданами.

А люди обладают правом иметь любые политические взгляды. Иметь политические позиции - это удел индивидуумов, а не целых наций.

Что же является основным интересом крымцев, который ускользает от внимания украинских соотечественников?

Ответ на этот вопрос чрезвычайно прост:
- как и любой другой народ, крымские татары хотят прежде всего мира и безопасности на своей собственной земле.

Ответ прост, но от внимания наблюдателей часто ускользают ключевые слова в нем: "своей собственной". Это упущение зачастую и является причиной невежества и непонимания.

* * *

Работая над материалами по политической истории Крымского ханства, я потратил немало усилий для того, чтобы научиться видеть события крымской истории с "крымского берега", с "крымской перспективы".

Это непросто, поскольку требует владения обширной фактологией, знания разнообразных аналогий и выявления неочевидных закономерностей. Однако это возможно.

И вот, когда взгляд с "крымской перспективы", наконец, становится доступен, происходит удивительная перемена. Исторические события далекого прошлого, общественные процессы современности и даже текущие события предстают совершенно в ином ключе.

Пребывая в свободном и безопасном Киеве, наверное, легко двигать по виртуальной карте черные и белые пешки: русские/татары, наши/враги, патриоты/коллаборационисты, зацеловать/засвистать. О Крыме на материке можно рассуждать много и пространно. Безнаказанно и безрезультатно.

Другое дело - рассуждать, находясь в самом Крыму. Здесь за пространные рассуждения скоро начнут совершенно законно сажать (собственно, некоторых уже чуть не пристрелили и без всяких законнических формальностей). На крымских политфорумах уже прозвучала идея об этнических "чистках". Равно как и неудовольствие новыми властями, которые "цацкаются с татарами".

Каким бы бредом ни казались эти слова, но в Крыму, в зоне междувластия, когда Украина уже с позором изгнана, а Россия еще толком не пришла, подобный бред звучит куда более угрожающе, чем звучал бы на материке.

И с этой точки зрения первоочередная задача коренного народа Крыма - сохраниться и выжить любой ценой. Я подчеркиваю: любой.

* * *

Закономерности новейшей истории и политических процессов позволяют прогнозировать, что Россия в Крыму - это надолго. ОЧЕНЬ надолго.

Не буду вступать в дискуссию с теми, кто верует в скорую и победоносную реконкисту: в споре с верующими полагается щадить чувства верующих.

По моим личным оценкам, при жизни нашего поколения флаг над Крымом уже больше не сменится.

Исходя из этого, я и оцениваю стратегию и тактику органов крымскотатарского национального самоуправления. Перед ними стоят задачи разной приоритетности. И первейший из приоритетов - это сохранение своего народа.

Не восстановление конституционного порядка. Не последовательность в заявленных политических позициях. И не защита территориальной целостности Украины. А физическое сохранение народа.

Чего невозможно достичь без того или иного взаимодействия с российской властью. Как в деле защиты от гипотетических "зачисток", так и в банальном жизнеобеспечении сотен тысяч людей на протяжении последующих нескольких десятков лет.

Людям. Надо. Жить.

Тот, кто разочарован низким уровнем экстремизма среди крымских татар и ожидал, что они, взяв в руки тяпки и косы, возьмут на себя функции Вооруженных Сил Украины, и пойдут - одни! - сражаться за единую страну, тот, во-первых, ничего не знает о крымских татарах, а во-вторых, проявляет к ним эксплуататорское отношение.

Крымцы в свом подавляющем большинстве были и остаются сторонниками территориальной целостности Украины. Но следует понимать и то, что эта ценность, при всей ее важности, все же не относится к числу тех, ради которых следует жертвовать всем народом и превращать его, как удачно выразился Ислямов, в народ-диссидент. Проблемы у этого народа будут и без того, чтобы дополнительно усугублять их.

Не следует забывать, что при всем братстве и общности судеб, Украина по отношению Крыму - это, все-таки, сила внешняя, сторонняя. Как Россия, как Турция.

Исторически, Крым - это самостоятельная, отдельная цивилизация. С момента падения тут независимого крымскотатарского государства прошло "всего лишь" 230 лет (это и впрямь не очень много по историческим меркам).

И хотя живая память о собственной государственности уже иссякла (и заново возрождается усилиями интеллектуалов), многовековой опыт самостоятельного исторического развития никуда не делся. В Крыму живут люди, для которых единственная на свете Родина - это не Украина (какой бы дружелюбной, понятной и близкой она ни была), а сам Крым.

Крым не как государство, а Крым как память о предках, знакомый пейзаж, семья, многочисленные родичи. Эти интересы - превыше всех прочих. С чем нельзя не согласиться.

Геополитикой пристало заниматься многомиллионным нациям, обладающим посольствами, танками, фрегатами и бомбардировщиками. У крымцев ничего этого нет.

* * *

Опыт иностранных завоеваний у Крыма колоссален.

Генетическая память о подобных ситуациях у крымских татар (а вместе с ними - и у мариупольских греков) несравнимо богаче, чем у тех из нас, чьи предки вышли из Киевской Руси, из Речи Посполитой, из Московского царства. В Крыму тотальные захваты всей территории происходили чаще, и разнообразие завоевателей было намного больше.

Аборигены Крыма и сформировались такими, какими их сейчас знает мир, вследствие непрестанной смены флагов, чужеземных правящих элит и приходящих-уходящих-остающихся господствующих этносов.

В мире есть народы, которые, живя в изоляции, практически не меняли своего облика, языка и обычаев на протяжении тысяч лет. Этого нельзя сказать о Крыме, чей коренной народ, пережив многие десятки завоеваний и волн ассимиляции, сегодня разительно отличается от собственных далеких пращуров.

Сохранились сведения о том, в какой ужас обитателй полуострова повергло нашествие в 1239 году очередных завоевателей: монголов. Спустя ровно полтысячелетия, в 1739, потомки и победителей, и побежденных, уже давно объединенных в единый народ, испытывали тот же ужас перед новой волной пришельцев с материка: русскими солдатами. Их нашествие в итоге переменило Крым не меньше, чем монгольское. Однако, как и монгольское, оно тоже не стало концом света.

Таких "потопов" и "небесных кар" (порой - весьма кровавых!) за долгую историю Крыма были десятки, если не сотни. Люди выживали, приспосабливались и жили дальше.

У наших предков был бескрайний материк. В самом худшем случае (причиной которому порой бывали и сами крымцы) - была Сичь. А у крымцев был только Остров. И бежать с него, в случае чего, им было некуда.

Перед этой грозной памятью тысячелетий, называть очередную смену флага "катастрофой", а вынужденное взаимодействие с новыми завоевателями - "предательством", выглядит мелко.

Крым на своем веку повидал много такого, что редко видали другие страны.

Крыму не очень повезло с географическим положением. Он слишком мал, слишком хорош, слишком близок к перекресткам евразийских больших дорог и к границам сразу нескольких хищных империй.

На протяжении веков Крым много страдал из-за этого. Зато это научило его коренных обитателей выживать в любой ситуации и при любом режиме. И они неизменно выживали. Пройдя в своей истории через такие испытания, через которые доводилось проходить мало какому из прочих народов.

Корни этой стойкости и живучести - не только в правильной политике национальных лидеров (ведь были целые столетия, когда крымские татары лидеров и не имели). Но также и в историческом опыте - возможно, не осознаваемом даже самими его носителями.

Потому, я считаю, ожидать от крымцев "партизанской войны" во имя сохранения большой страны - нелепо, да и неуважительно по отношению к ним.

Они не должны и не обязаны бороться за страну в одиночестве, пока остальные будут "держать кулачки" и "молиться всем богам" перед монитором. Они не имеют долгов перед Украиной.

Имеет ли перед ними долги Украина - тема другого разговора. И я не уверен, что его уместно заводить сейчас, когда Украина платит по другим своим долгам. Пожелаем ей выйти из этого испытания с честью.

* * *

Лично я (если бы у меня кто спрашивал) был бы только за, чтобы Ленур Ислямов оказался в нынешнем правительстве.

Как бы ни виделась издалека "геополитическая целесообразность", нам под этим правительством жить и работать, а жизнь у всех нас одна. И мы проживем ее лучше, если в государственных органах будет побольше хороших людей, а не героев кунсткамеры.

С другой стороны, исторический материал подает нам малозаметную, но грустную закономерность касательно взаимоотношений крымских (да и не только крымских) аборигенов с двуглавым орлом.

Для многих из тех, кто шел честно служить под его крыло, такая дорога заканчивалась закланием. Прибегнув к его покровительству, многие деятели приносили реальную пользу людям. Но затем были безжалостно перемолоты той самой системой, с которой, как полагали, заключили джентльменский пакт о признании и ненападении.

Такое тоже бывало в Крыму, и тоже не раз.

Потому тем, кого Меджлис пошлет во власть, потребуется немалое мужество. Вплоть до сознательного самопожертвования.

* * *

Потому, уважаемые патриоты, будет разумнее, если, наблюдая со стороны за Крымом, вы не будете испытывать досады, гнева или разочарования. Тут свой мир и свои законы.

Древняя и самобытная культура, выстоявшая в невероятно сложных условиях, пытается сохранить себя на очередном крутом витке истории, призвав на помощь свой тысячелетний опыт выживания.

Не нам судить.

Джерело: FB Олекси ГАЙВОРОНСЬКОГО

Олекса Гайворонський - кримський історик, заступник директора з наукової роботи Бахчисарайського історико-культурного заповідника (до 2012 року), автор двотомника історії кримських ханів "Повелителі двох материків", ведучий краєзнавчої програми на телеканалі ATR

Дивіться також:

Курултай: переоцінка цінностей

Анексія 1783 року. Як Російська імперія захопила Крим

Татари готові надати українцям Криму місце для богослужінь

Як депортували кримських татар і що з того вийшло

"Русский Крьім"? Національний склад регіону в 1897-2001 рр.

Постанова про депортацію і перетворення Криму на область РРФСР

Зневажений герой. Про легендарного пілота Амет-хана Султана

Історик: "Групу СБУ з дослідження депортації розформовано"

Два береги одного Степу. Про дружбу козаків і татар

Інші матеріали за темою "Кримські татари"

Карл XII в Україні. Розповідь кароліна. Частина друга

Відбулася Полтавська битва, про яку багато написали люди, які заздрили Карлу ХІІ і хвалили росіян. Я можу впевнено заявити, що шведи виграли так само, як і росіяни. Росіяни зранку Полтавської битви втратили стільки ж людей, скільки ми втратили наприкінці битви. Якби росіяни виграли так славетно, як вони і їхні прихильники намагаються стверджувати, то вони мали б переслідувати шведську армію. Але армія тільки на другий день перейшла через Дніпро

«Мельниківці» - також патріоти!

Це була величезна трагедія українського визвольного руху, адже як бандерівці, так і мельниківці однаково гинули в боротьбі за незалежність, але при цьому ще й поборювали один одного

Рудольф Вайль: вакцина від Голокосту

Чистокровного етнічного німця Рудольфа Фредериковича Вайгля викликали до німецького губернатора Львова та передали пропозицію Гіммлера — переїхати до Німеччини, створити в Берліні власний інститут, очолити кафедру в університеті та отримати по війні Нобелівську премію. Йшов 1942 рік, німецькі війська стояли під Москвою, відмовлятися від такої блискучої пропозиції не було сенсу. До того ж Вайглю вже було 59, у такому віці не сперечаються з гіммлерами.

Перелом у Громадянській війні у США: Геттісберг й Віксберг

Кожне око бачило легіони ворога, могутню непереборну хвилю океану озброєних людей, яка неслася на нас! Полк за полком, бригада за бригадою виходять із лісу й поспішно займають своє місце в строю напоготові до штурму. Горда дивізія Пікетта і ще якісь частини стоять на їх правому фланзі. Багряні прапори лопотять, їхні вершники мчать галопом угору-вниз; стволи й багнети вісімнадцяти тисяч бійців виблискують на сонці — похилий ліс блискучої сталі.