Гастрономи 1970-их: продавці, покупці і товари. ФОТО

В епоху дефіциту споживач ставав не стільки покупцем, скільки "діставалою", вибивалою, і до того ж трошки корупціонером. То були люди особливої породи, які мали унікальні бійцівські якості.

У видавництві "Варто" побачила світ нова книга письменника й історика Станіслава Цалика "Киев. Конспект 70-х". Це перше в Україні видання, присвячене повсякденному життю городян у десятиріччя, яке в ті часи називали "розвиненим соціалізмом", а пізніше – "застоєм".

Автор розповідає про різні аспекти буття мешканців столиці Української РСР – одержання прописки й обмін квартири, пошуки дефіцитних товарів і київську рекламу, користування громадським транспортом і поїздки на таксі, організацію весілля й святкування Нового року, літній відпочинок та пристрасті навколо футбольних матчів Олімпіади-80, відвідування книгарень і перегляд телевізійних програм тощо.

У книзі представлені й прокоментовані близько 700 ілюстрацій – світлини з державних і приватних архівів, рідкісні артефакти з колекції автора, матеріали, надані любителями київської старовини, тогочасні карикатури, малюнки тощо.

Обкладинка

Читачі "Історичної Правди" мають можливість першими ознайомитися з уривками з книги "Киев. Конспект 70-х". З люб'язного дозволу видавництва подаємо фрагмент з розділу "Гастрономи: продавці та покупці".

-------------------------

Покупатели 1970-х были людьми особой породы, в большинстве своем владевшими уникальными бойцовскими навыками и специфической терминологией, которую без подсказки сегодня уже не понять.

Они знали, что такое "дают" (в значении: продают) и "выбросили товар" (на прилавок выложили дефицит), умели одновременно "держать" две–три очереди, тонко чувствовали сакральный смысл выражений "знакомый мясник", "завмаг" и "зайти с заднего крыльца", отлично понимали, что такое "товары повышенного спроса" и "килограмм в одни руки", испытывали неописуемый восторг при слове "импорт" и из собственного опыта давно усвоили, что "всегда прав" бывает не покупатель, а продавец.

А все потому, что "семидесятники" прошли суровую школу покупок в советских магазинах, когда обладать "Государственными казначейскими билетами" (так назывались купюры достоинством 1, 3 и 5 рублей) и "билетами Государственного банка СССР" (банкноты от 10 рублей и выше), вовсе не значило купить нужную вещь.

Ведь в эпоху дефицита в свободной продаже находились, как правило, товары, не пользовавшиеся особым спросом. Поэтому потребитель становился не только и не столько покупателем, сколько доставалой, выбивалой, добытчиком и, вдобавок, немного коррупционером (поскольку частенько "доставал" с переплатой).

Радянські магазинні черги. ФОТО

Вот, например, киевлянин отправился в магазин. Обычный житель нашего города, не номенклатурный. Пошел в обычный гастроном, не для избранных. Что он там видит?

Во-первых, вывеску у входа. В те времена продуктовые магазины носили незатейливые, зато понятные названия — "Гастроном", "Продтовары", "Молоко", "Детское питание", "Хліб", "Заморожені продукти", "Українські ковбаси", "Сільгосппродукти", "Мясо–колбасы", "Ряжанка", "Дієтичні продукти", "Дари ланів", "Черешенька", "Овочі–фрукти".

 Типичное сооружение на массивах, строившихся в 1970-е, — двухэтажная стекляшка торгового центра, в котором объединены гастроном, столовая, стол заказов (на фото — торговый центр "Жовтневий" на Никольской Борщаговке). Иногда с гастрономом соседствовали аптека, разного рода ремонтные мастерские и прочие заведения бытового обслуживания населения. Фото: музей Киевгорстроя

Работали, как правило, с 8 до 20 часов, перерыв на обед с 13 до 14 либо с 14 до 15. Фирменные гастрономы ("фирменность" заключалась в принадлежности фирме торговых услуг "Київ") назывались, как правило, в соответствии с местом своего нахождения: "Лівобережний", "Московський" (в Московском районе), "Першотравневий" (на Первомайском массиве), "Жовтневий" (в Жовтневом районе), "Славутич" (на Русановской набережной) и так далее.

На жилмассивах, построенных еще в 1960-е, гастрономы размещались в первых этажах "хрущевок" (на фото — гастроном "Лівобережний" в Дарнице). В торговом зале располагались только отделы гастронома, иногда — небольшой кафетерий и столики. Музей Киевгорстроя

Фирменные заведения удобно работали с 8 до 22 часов без выходных и обеденных перерывов. Знаменитый гастроном "Центральный" (Крещатик, 40) обслуживал посетителей до 23-х.

 Гастроном "Центральний" на углу Крещатика и улицы Ленина (Богдана Хмельницкого) — самый знаменитый продовольственный магазин столицы УССР. В народе фигурировал как "цэгэ"… Архив Л. Пономаренко

Всего в Киеве в 1979 году работал 541 гастроном, из которых 505 подчинялись районным гастрономторгам, 14 — фирме "Київ", два — Главному управлению торговли горисполкома, 16 — разным ведомствам (например, птицефабрике, объединению "Киеврыба" и так далее).

Еще четыре (они тоже принадлежали фирме "Київ"), расположенные в "спальных" районах, представляли собой новую прогрессивную форму обслуживания — универсамы [універсальний магазин самообслуговування - радянський аналог супермаркету переважно з продуктовим асортиментом - ІП]

 Первый в Киеве универсам открылся на Никольской Борщаговке в 1973 году (на фото). Построен по проекту архитекторов М. Будиловского, И. Веримовской, инженеров А. Печенова и В. Доризо, торговая площадь — 4800 м². Музей Киевгорстроя

Таких выражений как "сделать шоппинг", "оплата кредиткой", "дисконтная карточка", "скидка для предъявителя флаера" в те времена не было. Точнее, были, но где-то далеко за пределами СССР.

А в Киеве говорили "сбегал в магазин" (или в "гáстрик", ударение на первый слог, так называли гастроном), "купил", "затáрился", "повезло", "попал" (пришел в магазин, когда там продавали дефицитный товар), "выбросили" (выложили в торговый зал для продажи), "не хватило", "обхамила", "обвесила", "жалобная книга".

Очередь, прилавок, весы, деревянные счеты с желтыми и черными костяшками, кассы (к ним отдельная очередь, покупатель должен назвать кассиру номер отдела, наименование товара и сумму), периодические выкрики продавцов "Касса, "Останкинскую" не выбивать!" и грозные призывы кассиров "Готовьте мелочь!" — вот типичная атмосфера киевских гастрономов тех лет.

 Будни большого советского гастронома по версии сатирического журнала "Крокодил". Тут и касса с призывом "Готовьте мелочь!", и еще одна — с табличкой "Касса обслуживает только 5-ю секцию", и уборщица, разгоняющая метлой покупателей, и грузчик, заглянувший в отдел "поболтать", отрывая продавщицу от работы, и покупатель, безуспешно пытающийся разрезать черствый батон огромными ножницами, и другой покупатель, требующий "Жалобную книгу", — словом, картина довольно типичная. Все "родимые пятна" советской торговли сведены воедино. Коллекция автора

Итак, киевлянин переступил порог магазина. Что ж, посмотрим, что он сможет там купить…

К примеру, молочный отдел. На прилавке — молоко, сливки, кефир, ряженка. В 1970-е их можно было "взять" в любое время дня (это в 1980-е молочные продукты уже появлялись на прилавке только утром). Вопрос о производителе, торговой марке не стоял: для покупателя существовала просто "ряженка", просто "кефир".

 Молоко завозили в гастрономы прямо с молокозаводов (на фото — линия разлива Киевского молокозавода № 2). Оно продавалось, как правило, в стеклянных бутылках с крышечками из серебристой фольги. Стоимость пол-литровой бутылки — 22 копейки. Столько же стоила пачка дорогого мороженого в шоколадной глазури. Фото А. Бондаренко, ЦГКФФАУ

Молоко и молочные продукты продавались преимущественно в бутылках (торговля молоком на разлив во второй половине 1970-х сошла на нет). Все бутылки были светлые, одинаковой формы, с широким горлышком и закрывались крышечкой из алюминиевой фольги.

Никаких этикеток на них не было, киевляне различали товар по цвету крышечки: серебристая — молоко, зеленая — кефир 3,2–3,5% жирности, полосатая серебристо-салатовая — нежирный кефир, розовая — ряженка, серебристая с желтыми полосами — сливки, темно-желтая — топленое молоко, синяя — ацидофильное молоко. (В других городах СССР расцветка крышечек могла быть другой.)

 Радянські "молочні" кришечки з фольги і тара. Фото: cccp-here.blogspot.com

Молоко можно было купить в бутылках емкостью пол-литра и литр, прочие молочные продукты — только в пол-литровых. Пол-литровая бутылка молока стоила 22 копейки, кефира — 28, ряженки — 32, сливок — 51, топленого молока — 31.

Пустую тару можно было сдать — либо за деньги (литровая — 20 копеек, пол-литровая — 15), либо в обмен на товар.

А из крышечек дети мастерили медальки… Впрочем, не только дети. Находившийся в 1970-е в заключении кинорежиссер Сергей Параджанов делал из таких крышечек медальоны-барельефы и дарил друзьям.

Молоко также продавалось в пол-литровых красно-сине-белых треугольных пакетах из плотного картона (финская лицензия) по 16 копеек.

Такая упаковка  была очень удобна — уже открытый пакет можно поставить на стол или скамейку в парке, откусить булочку, потом запить молоком. Неприятность заключалась лишь в том, что некачественно заклеенный пакет нередко протекал…

 Треугольные пакеты с молоком являлись альтернативой стеклянной бутылке — и не бьются, и стоят на 6 копеек дешевле. Правда, недостатки их тоже очевидны: часто текут (пакеты делались хоть и по финской лицензии, но клеились в СССР), а дешевизна относительна — стеклянную бутылку можно было сдать и получить 15 копеек, а пакет — одноразовый. Сдать его можно было только в макулатуру.
Пакет "Молоко", 1973 год. Фото Игоря Шелковского, sakharov-center.ru

Сметана, как и в предыдущее десятилетие, продавалась на разлив. Продавец специальным черпаком наполнял из бидона посуду, принесенную покупателем.

Если он наливал больше, чем заказано, покупатель оплачивал фактический объем — согласно правилам торговли возвращать излишек из посуды в бидон категорически запрещалось. Хранить сметану в магазине разрешалось летом до трех дней, зимой — не более пяти.

В 1970-е киевляне познакомились с новинкой — сметану начали продавать в заводской 200-граммовой упаковке (белых прямоугольных "корытцах" из тонкой пластмассы, запечатанных сверху голубой фольгой, и в цилиндрических "стаканчиках"). Стоимость — 28 копеек.

Новорічний стіл епохи застою. Як святкували за Брежнєва

Одни покупатели недовольно бурчали, мол, это вдвое дороже разливной. Другие, наоборот, радовались — теперь у продавцов не будет возможности развести сметану кефиром.

Ведь в городе из уст в уста передавали историю о том, как однажды работники районного Комитета народного контроля нагрянули в магазин с проверкой и обнаружили записку, оставленную продавщицей своей сменщице: "Сметану не разводи, она уже два раза разведенная".

О том, что заводская сметана в "корытцах" была из порошка, тогда еще мало кто догадывался. Увы, эпоха "порошковой" продукции началась именно тогда, а не в 1990-е годы… Ну а "живая" сметана (разливная) переместилась из гастронома на рынок.

  "Заводскую" сметану продавали в различных упаковках — больших стаканчиках, маленьких стаканчиках (с ласковым названием "Сметанка") и "корытцах". На фото: цех расфасовки сметаны Киевского молокозавода № 2. Фото С. Пятерикова, ЦГКФФАУ

Творог в пачках? А это, извините, дефицит. Бывает, но не всегда. Как и глазированные сырки — новинка, появившаяся в СССР в конце 1960-х. Единственный в те времена молочный десерт изначально адресовался детям, однако неожиданно завоевал сердца и их родителей. В результате спрос значительно опередил предложение. В 1970-е глазированные сырки надо было "доставать".

В колбасном отделе картина скромнее. Можно купить колбасу "Ливерную" по 1 рублю 80 копеек за килограмм, прозванную острословами "собачья радость" (многие скармливали ее четвероногим любимцам). Или совсем дешевую вареную колбасу по 1 рублю 20 копеек, о которой поговаривали, что ее делают из туалетной бумаги.

Кстати, недавно выяснилось, что в этих байках таки имелась доля истины — найденные архивные документы подтвердили, что в качестве добавок применялась… нет, не туалетная бумага, конечно, а целлюлоза.

Вареную колбасу подороже (и, соответственно, повкуснее) — "Докторскую" по 2 рубля 20 копеек, "Любительскую" по 2 рубля 80 копеек или "Молочную" по 2 рубля 10 копеек — тоже, как правило, можно было приобрести без особых проблем. Хотя нередко, чтобы ее купить, приходилось обойти пару–тройку гастрономов.

"Докторська" ковбаса відзначає 75-річний ювілей

Но всегда вкусная "Детская" по 2 рубля 60 копеек уже считалась дефицитом — за ней надо было ехать в центр города. Хотя и это не гарантировало покупку.

Полукопченая колбаса была представлена, как правило, одним-двумя сортами. Скажем, "Одесской" по 2 рубля 60 копеек, а если повезет, то и "Краковской" по 3 рубля 30 копеек — менее жесткой и более вкусной.

Спрашивать в гастрономе копченую колбасу нормальному киевлянину в 1970-е даже в голову бы не пришло — "элитную" продукцию в обычном магазине не продавали…

Тогдашний анекдот:
— Мне бы сервелата, или "Краковской", или "Детской".
— Память у тебя, бабушка, великолепная!

В рыбном отделе — замороженная рыба. Обычно, хек, ставрида, камбала, скумбрия. Живая рыба появлялась в крупных магазинах, где имелись большие прилавки-аквариумы (например, в специализированном рыбном магазине "Океан" по Красноармейской, 13, прозванном шутниками "Океан пустоты"), причем только в сентябре–октябре…

Вообще, плачевную ситуацию на "рыбном фронте" демонстрирует анекдот, популярный в конце 1970-х: "В чем сходство кошки и холодильника? Оба белые, с хвостом и мурлычут. А в чем разница? У кошки внутри рыба бывает чаще, чем в холодильнике".

С селедкой ситуация немного лучше — она все-таки появлялась в свободной продаже. Правда, банка хорошей дальневосточной сельди являлась дефицитом.

Радянський дефіцит, який продавався за валютні "чеки". ФОТО

А селедка, отпускавшаяся поштучно, была, в основном, пересоленная и тощая. Ее взвешивали вместе с головой, которой потом лакомилась разве что кошка. В одном анекдоте покупатель просит: "Дайте мне руководящую селедку". Продавец удивляется: "Какую еще руководящую?" — "Ну, жирную и без головы".

Из рыбных консервов гарантированно в продаже была разве что "Килька в томате" — популярная закусь студентов и любителей "сообразить на троих".

Станислав Цалик. Киев. Конспект 70-х. – К., "ВАРТО", 2012. – 382 с., илл.

«Вироки виконувати негайно!...»

22 травня минула 73 річниця оголошення Військовим судом оперативної групи (ВСОГ) «Вісла» перших смертних вироків

Петлюра без бронзи, але у кольорах

Рік 1917-й ще не був роком Симона Петлюри. Незаперечним лідером українського національного руху він став року 1919.

«Люди бігли і голосили: «Навічно!» - спогади спецпоселенки з Полтавщини

Уже 45 років Ольга Янкевич, уродженка Луцька, мешкає на Семенівщині. Проте назавжди запам’ятала січень 1950-го, коли їй із родиною довелося надовго залишити Україну. Її, тоді 9-річну дівчинку, разом із старшою сестрою, мамою і бабусею, комуністична влада зарахувала до «ворогів народу» і виселила на спецпоселення до Сибіру.

Ерцгерцог та шпигун у київській тюрмі. Справа Василя Вишиваного

Вільгельма Габсбурга, або Василя Вишиваного, вже навряд чи можна віднести до незаслужено забутих постатей вітчизняної історії. Фігура австрійського ерцгерцога, який відчув себе українцем, останніми роками привертає чимало уваги. Йому присвячені не лише наукові публікації, а й художній роман та навіть опера на лібрето Сергія Жадана. При цьому якщо про Вільгельма на чолі Українських січових стрільців у 1918-му пишуть багато, то про Вільгельма як київського в’язня 30 років потому – значно менше.